Яна прошла поминальная служба, которую провёл примас.
Яна пришла не одна, а с компаньонкой – женщиной её возраста и взглядов, судя по тому же нарочито надменному выражению лица.
Яна приедет ближе к выходным и привезёт тебе всё, что нужно.
Яна посмотрела текст объявления – все игрушки продавались одним лотом, и цена не просто кусалась, а прямо-таки отхватывала руку вместе с кошельком.
Яна уже не плакала, все её слёзы закончились, пока они добирались сюда.
Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать
Карту слов. Я отлично
умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!
Спасибо! Я стал чуточку лучше понимать мир эмоций.
Вопрос: маренный — это что-то нейтральное, положительное или отрицательное?
Выживший мальчик был, на языке
яна, «сидящим у подножья».
Яна звонит – вставать пора.
Гэтая прэзэнтацыя, па логіке рэчаў, павінна была адбыцца ў мясцовай бібліятэцы ці ў цэнтральным клубе, але гісторыя зноў жа паўтараецца: калі звярнулісь да выконваючай абавязкі старшыні сельсавета,
яна сказала, што трэба параіцца з галоўным ідыелагам раёна.
Яна понимала, что это не совсем то о чём она мечтала.
Яна очень обрадовалась ему, и это вовсе не была радость измучившейся в неведении заключённой, дождавшейся наконец-то освободителя.
Яна слов не знала, но старалась подпевать, как могла.
– Хорошие вещи.
Яна выросла, я соседским детям раздам.
– Усы
яна эр декипа? – спрашивала она негромко и старательно выговаривая слова, создалось впечатление, что язык этот ей не родной.
– Да что же это, –
Яна наконец принимает вызов. – Алло? Малыш, я на пробах. Потерпи, пожалуйста… Что? Вечером погуляем, хорошо?
Яна выскочила на улицу и побежала по дорожкам в парке.
Наша жизнь поменялась почти одновременно.
Яна ушла работать в одну из крупнейших страховых компаний, возглавив там подразделение, а я ушла в декрет.
Яна огляделась в прихожей, заваленной до предела разного рода аппаратурой.
–
Яна стояла в пижаме на балконе, её голову и плечи спасало от мороза большое стёганое одеяло.
Яна начала раздавать конфеты, которые остались у неё после автобуса.
Деревни южных
яна сожжены бледнолицыми.
Яна ещё более задумчиво рассматривает мужика. Переворачивает его.
Бывший воин племени
яна ждал решения своей судьбы.
Для антуража не хватает только зажжённых свечей и заунывных призывов: «Суженый мой ряженый, приди ко мне наряженный!»
Яна рассказывала, так они с девчонками в лагере развлекались.
В-третьих, его жена и дочь болеют какой-то неизвестной народу
яна болезнью, а все знают, что куви (шаманы) яхов самые искусные.
Индеанка крепко прижала к груди дочку, глаза её блестели. Сняв с пояса пращу, мятежный
яна двинулся навстречу врагам.
Нехватка съестных припасов толкала
яна на хищение у белых домашнего скота.
Яна отбирает бутылку, допивает. Досасывает капли.
Яна остановилась у одной из дверей и открыла её.
– Проходите к моему дому. —вождь
яна сделал приглашающий жест.– Вам следует поесть и передохнуть с дороги.
Яна всегда улыбается, и всегда не понарошку, просто очень светлый человек.
Вспышки неизвестных
яна болезней сократили обитателей резервации на четверть.
– Она сказала: «Этому не треба». Ещё и холодильник и машину швейную забрать хотела. Посуду взяла.
Яна осталась.
Яна рассматривает разложенные на столе продукты, не зная, с чего начать.
Яна водила меня по своему огороду, показывала дыры в заборе от снарядов, изрешечённые пулями стены, а в сарае – оперение от «Града».
Живописно выглядели
яна мирного селения.
Яна показала мне наглядно, что бывает, когда слепо им доверяешь.
Яна сидела на краю кровати, чёрные волосы мягко спадали на плечи.
Но к тому времени, когда он разорвал с ней отношения,
Яна превратилась в тусклый алмаз.
– На завтрак, юная
яна, вы не собираетесь? – раздался голос позади меня, и я вздрогнула, обернувшись к жениху.
Лишь изредка женщины и дети
яна обменивали на что-нибудь свои красивые тканые одеяния, снадобья, ожерелья из речных раковин или искусно вырезанные игрушки.
Женщин я усадила за соседний столик, а сама прошла к тому, где дожидалась меня эксцентричная
яна.
– Последние лет десять в этом доме у меня не было компании за ужином, – призналась
яна. – А уж такого десерта!
Купец разлил чай, и я искренне его поблагодарила, обхватив горячую чашку руками – совсем не как благородная
яна, но сейчас мне было не до благородства.
Кивнув каким-то своим мыслям,
яна удалилась, а я приступила к десерту – рассыпчатому малиновому пирогу.
–
Яна сегодня не выйдет, – жалобно проблеяла я, – она наказана.