Соответственно, из незыблемого, из бесспорного – лишь сама водная гладь – «несущая волна» настоящего времени и современного
литературного пространства, что играет разноцветными бликами…
В
литературном пространстве предпочтение отдавалось пушкинскому дуэлянту за безоговорочную расстановку всех точек на «и».
Я называю
литературным пространством совокупность произведений, которые авторы определённой эпохи считают целесообразным написать и которые, если воспользоваться любимой метафорой сторонников исторического подхода, шли бы наравне со своим веком.
Но, оставляя в стороне подробности тяжёлой жизни классиков советской литературы, сейчас следует обратить внимание на то, что в эпоху бронзового века единое пространство русской литературы раскололось надвое, в результате чего возникло сразу два
литературных пространства – пространство репрессируемой литературы, литературы лишённой какого бы то ни было социального статуса, и пространство официальной литературы, наделённой социальным статусом в максимально возможной мере.
Возможно, это отобьёт у очередного графомана желание засорять
литературное пространство.
Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать
Карту слов. Я отлично
умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!
Спасибо! Я стал чуточку лучше понимать мир эмоций.
Вопрос: размочалить — это что-то нейтральное, положительное или отрицательное?
Если называть
литературным пространством совокупность произведений, которыми имеет смысл заниматься в определённую эпоху, то есть весь спектр раскрытых перед автором возможностей, жанры оказываются трансцендентальными структурами, которые упорядочивают это пространство: предпочесть тот, а не иной жанр (сочинять сонеты или канцоны, быть поэтом или романистом, писать novel или romance) означает выбрать определённый образ мира и жизни, отношение к прошлому, положение в социальном пространстве, публику.
Романтические персонажи из разведки или контрразведки заполняют
литературное пространство, показывая всем своим видом: «вот где настоящая жизнь» – и рождая в нас комплекс неполноценности.
Приноравливание к разрешённому
литературному пространству опасно.
Пушкиных на нынешнем
литературном пространстве что-то не видать, а свято место, как известно, пусто не бывает.
Но, увы, эта проблема – одна из тех, которые так и зависли в
литературном пространстве книг и журналов.
Оба проблемных поля формировались под прямым влиянием иностранных переводов первоисточников и, поначалу, излишне романтизировались; обе концептуальные сферы, набрав достаточный удельный вес в национальном
литературном пространстве, долго шли от поверхностных описаний к глубинному знакомству с новыми героями и персонажами.
Грузинская же литература занимала не последнее место (Модебадзе, 2014, 262), а считалась особенно важной составляющей
литературного пространства.
Скрывая, маскируя свою субъективность, выдавая свой вкус за «знание», критик (или историк литературы) оказывается в роли авторитарного демиурга, который выстраивает
литературное пространство по своему усмотрению и выдаёт этот вариант структурирования за единственно возможный.
Изящный захват
литературного пространства – великое дело.
Поэт ушёл из земной жизни, но по-прежнему с нами в более тонком
литературном пространстве, а его уникальные произведения изящно вплетаются в общее волшебное кружево современной израильской поэзии на русском языке.
В наше время оглушительного многоголосия, а порой и воплей – я имею в виду исключительно
литературное пространство, – издатель да и читатель запросто могут пройти мимо этой небольшой книги, не услышав её негромкого оклика.
Многое из того, что здесь происходило, стало для меня подтверждением нарастающей поляризации
литературного пространства.
Понятие литературного процесса уместно будет заменить на понятие
литературного пространства.
Или же участок
литературного пространства, если принять, что литературного процесса сегодня нет.
По сути, именно инструменты удержания
литературного пространства являются самым серьёзным доказательством идентичности двух литературных потоков, которые целенаправленно и настойчиво при полном отсутствии серьёзных оснований многими историками литературы противопоставлялись.
Лучше её перехватывать, и вся середина и в особенности вторая половина 1950‐х годов стала эпохой экстенсивного расширения
литературного пространства, а говоря попросту, временем, когда новые журналы стали расти как грибы.
Это влияние открывало новые горизонты, способствовало органичной интеграции русской литературы в общеевропейское
литературное пространство.
Современное
литературное пространство включает ещё живые жанры, произведения, которыми имеет смысл заниматься в начале XXI века в стремлении угодить вкусам массовой публики или элиты: многочисленные разновидности романов или стихотворных произведений, оставшиеся формы сочинений для театра, сценарии для кино и телевидения, журналистика, литературная критика.
Традиционная история культуры основывается на иллюзорной синекдохе, то есть на предпосылке, что немногие обсуждаемые тексты наделены полномочиями представлять весь период; если же отказаться от подобного импрессионистского подхода, нетрудно будет доказать, что систематическая реконструкция некоего
литературного пространства создаёт куда более разнообразную панораму, чем те, что обычно описывают.
Даже если опираться на неоспоримые сходства, на восприятие родства, а главное – на представление о том, что некие родственные отношения достаточно важны, чтобы оправдать существование жанра, этот вопрос останется спорным для всех социальных агентов, стремящихся навязать определённое видение
литературного пространства, – писателей, критиков, институций.
На самом деле генеалогическая история доказывает, что современная триада вовсе не является архетипичной: до эпохи романтизма подобной таксономии не существовало, а когда появился её зародыш, он долгое время оставался на вторых ролях по сравнению с другим способом классифицировать
литературное пространство – куда более древним, знаменитым и совершенно не сочетающимся с жанром лирики.
Со второй половины XVIII века литераторы и читатели начинают понимать, что
литературное пространство делится на три больших класса, два из которых – однородные, основанные на вечных категориях, а третий выделен на относительном новом основании.
Именно поэзия звука открывает двери
литературного пространства, раздвигает границы обывательства, находя читателя и слушателя.
– Как я уже и говорил, главное для нас – единство русского
литературного пространства, потому естественным представляется сотрудничество с «исторической родиной», с цивилизацией, частью которой мы являемся.
Важно то, что сентиментализм сегодня заново приобретает черты цельного и последовательного мировоззрения, а тем самым и открывает для себя выход в большое
литературное пространство.
Данный сборник предоставляет информационное и
литературное пространство авторам научно-фантастических произведений.
Причём,
литературное пространство блистало не только разнообразием имён.
Традиция упаковывать сложные интеллектуальные месседжи в обёртку лёгкого чтива возникла не вчера и новой может считаться разве что в нашем так и не оформившемся до конца
литературном пространстве.
Тем более что и авторы вошли в
литературное пространство совсем недавно.
Новому нужно занять свой пятачок на тесном
литературном пространстве, где признанных и уже удобных талантов хоть отбавляй.
Словом, теперь я куда уверенней совершаю вылазки в фантастические области
литературного пространства – и приглашаю всех следовать моему примеру, отмечая попутно, как условна и расплывчата граница этой местности, как трудно понять, где она начинается и заканчивается.
Недостойная возраста суета, гневные статьи на полуживых оппозиционных сайтах, редкие поездки по зачищаемому от русского языка некогда общему
литературному пространству.
Даже литературный андеграунд, развивавшийся параллельно с советской официальной культурой по своим законам, не отменял патриархальные установки
литературного пространства.
Мне же хотелось расширить
литературное пространство подобно художникам, которые устроили бульдозерную выставку в 1974-м.
Зачастую у них очень разные взгляды и стилистические подходы, но теперь они проявили, прямо скажем, мудрость в деле сшивания порванного на клочки
литературного пространства.
Вот уж кто заполнил
литературное пространство элегиями о любви.
Её отличает профессионализация писательского творчества, коммерциализация
литературного пространства.
Не знаю, обозначена ли особо в истории современной отечественной литературы харьковская литературная школа, но, без сомнения, просматривается энергетически сильное харьковское
литературное пространство, из глубин которого явилось на свет немалое число настоящих мастеров нынешней словесности.
Я пытаюсь жить в едином мире, ищу
литературное пространство, пытаюсь опереться на собратьев по перу.
Во-первых, сама книга по факту попадает в разграниченное
литературное пространство, в котором ей приходится чему-то соответствовать.
Звучит и вопрос о судьбе и о смысле существования
литературного пространства, всплывает тема параллельных вселенных, в которых по-разному развивается один и тот же сюжет.