Но в тот самый момент, когда она добиралась до самого захватывающего
эпизода романа, самого прелестного стиха сонета или самого опасного приключения путешественников, до неё доносился пронзительный старческий голос: «Джо-зе-фи-на!» – и ей приходилось покидать свой рай, чтобы разматывать пряжу, мыть пуделя или часами читать вслух сборники проповедей.
На самом деле это один из самых странных и загадочных финальных
эпизодов романа. Зачем он?
Иллюстрация к данному
эпизоду романа изображала двух голых китаянок, по всей видимости близнецов, в довольно рискованной позе на диване.
Я полагаю, люди, её знающие, не будут сомневаться в правдивости повествования, хотя некоторые случаи похожи на
эпизоды романа более, чем настоящая беллетристика.
Отдельные
эпизоды романа зачастую демонстрируют принадлежность к абсолютно разным жанрам.
Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать
Карту слов. Я отлично
умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!
Спасибо! Я стал чуточку лучше понимать мир эмоций.
Вопрос: дизруптивный — это что-то нейтральное, положительное или отрицательное?
Чувствуется, что автор, рассказывая нам о судьбе главного героя, взял немало из своей жизни, потому-то многие
эпизоды романа убедительны и психологически достоверны.
Сперва поговорим о московских
эпизодах романа, на страницах которого располагается масса действующих и бездействующих лиц.
Однако девушка в этом
эпизоде романа ещё не «совсем» мертва, что свидетельствует о том, что одной лишь телепатии народной воли и энергии достаточно для оживленияумирающеготела, но не уже умершего, даже если дело касается великого вождя революции.
Эти нити связывают разные
эпизоды романа и создают единое целое.
Вспомним последние
эпизоды романа перед её самоубийством.
Ключевые
эпизоды романа требовали тщательной переработки.
Я старался не повторять самого себя, и потому некоторые
эпизоды романа написаны с учётом того, что читатель уже знаком с предыдущими фактами, а значит, ему понятна взаимосвязь событий…
К весне 1992-го почти все
эпизоды романа уже выстроилась в стройную схему, а его главная тема, продиктованная прочитанными мной книгами и документами, определилась сама собой.
Многие
эпизоды романа инструментованы так, чтобы усугубить чаемый эффект.
Почти все
эпизоды романа являются достоверным описанием моей биографии, а действующие персонажи являются реальными людьми, только с изменёнными именами (кроме здравствующих или покойных известных публичных деятелей), всякие совпадения тут случайны.
Когда выяснилось, что одна гостья не читала «Войну и мир», он без какого бы то ни было неодобрения охотно объяснил соответствующий
эпизод романа.
Эта пародическая сюжетная рамка в достаточной мере определяет содержание
эпизодов романа.
Этот
эпизод романа рассказан как будто бы от лица чрезмерно любопытной соседки, которая порицает и болтливость кухарки, наговорившей впечатлительной девочке лишнего, и поведение её матери – и в то же время принимает как нечто само собой разумеющееся желание матери извлечь денежный интерес из неблагоприятных обстоятельств кухаркиной личной жизни.