Ему кажется, что всё нормально, что он – «толстый и красивый парниша».
Парниша лет семнадцати потрясённо посмотрел на потрёпанную жизнью книгу в своих руках, затем в ужасе уставился на меня.
От этого зрелища меня передёрнуло, но подумать о происходящем не успевал, потому что парниша уже тянул меня к служебному выходу в подсобку.