Глава 10
Вдобавок к плащу, Талли заставила меня надеть кожаные перчатки без пальцев.
— Чтоб печатью не светил, — пояснила она. — Силу пока ещё плохо контролируешь. На время прогулки вообще забудь, что у тебя сила есть. Понял меня?
— Понял, понял, — проворчал я.
Но Талли не отставала.
— Я хочу, чтобы ты хорошо меня понял. Что ты сделаешь, если увидишь горящий дом, из окна которого кричит маленькая девочка?
Я немедленно вспомнил подходящие заклинания. Можно просто раздвинуть огонь «Огненной ширмой», взбежать по лестнице. Или… Но Талли смотрела как-то слишком уж въедливо, и до меня дошло.
— Ни… ничего? — предположил я.
— Именно! — Она щёлкнула меня по носу. — Но ты не отчаивайся. Пожары в городе отнюдь не каждый день. Огонь всё же слишком слаб.
Почтенный Мелаирим инструктировал меня ещё жёстче:
— Помни: для всех, кроме нас, ты враг. Тебя с радостью прикончит любой житель города, даже не маг, если разберётся, кто ты есть. Поэтому трижды подумай, прежде чем бежать или заниматься ещё какими-то глупостями.
Говорил он сурово, но чувствовалось, что Мелаирим боится. Когда я подтвердил, что полностью его понял, он как-то беспомощно посмотрел на Талли и попросил упавшим голосом:
— Будь осторожна.
— Не волнуйся. Мы выйдем у реки, пойдём вдоль неё. Там с утра вряд ли кто-то возится.
Почтенный Мелаирим благословил нас, и мы пошли. Сквозь стену, сквозь землю. Талли шагала, вытянув вперёд руку с чёрной печатью, и земля перед ней расступалась. Тут только до меня дошло, что и в первый раз мы шли не по заранее заготовленному тоннелю, а проделывали путь через целину. Отличная печать! Вот бы и мне такую заполучить.
— И не мечтай, — заявила Талли, когда я озвучил свои мысли. — Ты маг Огня, им и останешься. Нет смысла размениваться на мелочи.
— Боитесь, что с печатью я смогу уйти?
— Не без того. Но основная причина в том, что печати Земли хранятся у ректора академии. Единственный способ такую получить — поступить в академию. А это, заметь, элитная военная академия, там такой вступительный конкурс, что хлюпик вроде тебя отсеется уже на пороге.
— Но ты ведь поступила?
— Но я ведь и не хлюпик.
Это уже было обидно. Конечно, моя физподготовка оставляла желать лучшего. Я как-то постоянно умудрялся болеть и пропускать физкультуру, поэтому к выпускному классу мог подтянуться только ноль раз и пробежать не более километра.
— А зачем магу нужно быть сильным? — проворчал я.
— Во-первых, повторяю: это военная академия. Здесь в основном рыцарей и боевых магов готовят. А во-вторых, некоторые уровни силы открываются только при развитии соответствующих физических навыков. Тебя это не касается, не волнуйся: в тебе живет само Пламя, без него ты никто и звать тебя никак. Кстати говоря, печать Земли, скорее всего, просто на тебя не подействует…
Тут она остановилась, повернулась ко мне. В свете факела я увидел её глаза. Они как-то странно поблёскивали, будто там собирались слёзы.
— Какой же ты жалкий, — всхлипнула Талли и, быстро отвернувшись, продолжила путь. Я так и не понял, что это была за вспышка, понял лишь одно: разговор не прибавил мне очков мужественности в глазах Талли.
* * *
Мы вышли на поверхность из пригорка возле реки, как и предсказывала Талли. Пару минут я даже глаз не мог открыть, так ярко светило солнце. Потом постепенно начал осматриваться.
Река шумела так, что разговаривать было невозможно. Она текла с гор, и я проследил её путь. Увидел скалу-академию, возле которой протекала река. Вот что за шум я слышал, когда меня вели в каземат…
Самого каземата отсюда было не видно, как и святилища. Зато я прекрасно видел вулкан, где меня чуть не сожгли. Жутко он смотрелся отсюда. Такая могучая штука, того гляди извергнется.
Потом я скептически посмотрел на стену, частично окружавшую академию. С одной стороны стену заменял яростный поток реки, который у самой академии, верно, вообще представлял собой водопад.
Талли потянула меня за рукав, и мы отошли от реки на несколько шагов, чтобы можно было разговаривать.
— А зачем нужна стена, — спросил я, улыбаясь, — если любой маг Земли запросто пройдёт под ней либо сквозь неё?
— Ты удивишься, — вздохнула Талли, — но в мире не только маги Земли живут. Внутри кланов, к слову, враждовать не принято. А стена больше от простолюдинов. Они, бывает, начинают чем-то возмущаться, чего-то требовать. Убивать их особо никто не хочет, пусть себе о стенку долбятся.
Солнце припекало всё сильнее, и я уже несколько раз с сомнением оттягивал ворот плаща и камзола, запуская внутрь свежий воздух. Талли, в точно таком же одеянии, шагала, гордо вскинув голову, и кажется, вообще не испытывала неудобств.
— Зачем было так выряжаться? — спросил я.
— Плащ — отличительный признак мага, — объяснила Талли. — Если ты в плаще, к тебе никто особо не полезет, болтать не станет. Простолюдины магов побаиваются и уважают. И кстати, тебе только кажется, что жарко. Маги Огня от жары не страдают.
Тут она оказалась права. Прислушавшись к своим ощущениям, я обнаружил, что вполне сносно чувствую себя в плаще под палящими лучами солнца. Приободрившись, я зашагал быстрее.
Впереди постепенно очерчивался город, стоящий на реке. Выглядел он… приземисто. Я не сразу различил очертания домишек. Пожалуй, по ощущениям, город был больше похож на большую деревню. Ну а с другой стороны, чего я ждал-то? Многоэтажек и дорожных пробок?
Стены вокруг города не было: простолюдины смекнули, что им она ни к чему, когда под боком маги Земли.
Мы вошли в город по широкой дороге, вымощенной серым камнем.
— Веди себя естественно, — бросила через плечо Талли. — По сторонам не глазей.
Я особо и не глазел. Благодаря сотням фильмов и книжек в жанре фэнтези, условно средневековый город ничем не мог меня удивить. Ну дома, ну трактиры, ну люди в экзотической одежде, ну лошадь везёт телегу. Что такого-то? А вот что меня удивило, так это отсутствие неприятных запахов. Сколько помню, авторы книг постоянно упирали на смрад нечистот, а если не упирали, то критики тыкали их в это носом. Здесь же пахло… Да ничем особо не пахло. Из раскрытых дверей трактиров несло кислым пивом, от лошадей пахло лошадьми, от людей — потом.
Люди, правда, старались к нам близко не подходить, чтобы не толкнуть невзначай. Плащи действительно работали.
Я спросил у Талли насчёт запаха. Та не сразу поняла, о чём я вообще говорю, потом усмехнулась:
— А-а… Ну, у нас союз с кланом Воды. Города это тоже касается. В домах все удобства: можно и мыться, и… всё остальное. Отходы уходят под землю, а там… Там долго объяснять, в общем.
Тут она опять посмотрела на меня с жалостью.
— А у вас не так? Не хотела бы я побывать в ваших городах.
Тут я возмутился. Начал было горячо доказывать, что я — из цивилизованного мира, что у нас, в отличие от…
Талли врезала мне кулаком в зубы. Чувствительно так врезала, аж слёзы из глаз брызнули.
— Заткнись, баран, — прошипела она. — Думай, что говоришь!
Я даже не обиделся. Действительно, баран.
Выдержав паузу, я откашлялся и спросил, куда мы идём.
— На рынок, — проворчала Талли. — Будем искать тебе сестру.
— На рынке?
— Угу. Рабов скоро должны выставить.
Рынок встретил нас гомоном и гвалтом, пестротой красок и обилием запахов. Здесь было, наверное, всё, что могло понадобиться человеку в этом мире. Прилавки громоздились друг на друга, лавки стояли с распахнутыми настежь дверьми, а лавочники громогласно наперебой зазывали дорогих покупателей. Одежда, украшения, мясо, рыба, хлеб, оружие, какие-то магические снадобья. У такого прилавка я ненадолго задержался, но Талли, демонстративно закатив глаза, потащила меня дальше. Похоже, и в этом мире процветали всякого рода шарлатаны.
Чем дальше, тем их становилось больше. Нам предлагали погадать на картах, по руке, по внутренностям курицы — тут меня едва не вырвало. Какой-то ошалевший прыщавый парень лет двадцати выскочил прямо передо мной и стал сбивчиво рассказывать о том, какое замечательное приворотное зелье он может мне предложить. Вот неужели я рядом с Талли произвожу настолько жалкое впечатление?
Я кое-как от него отделался, шагнул вперёд и… обнаружил, что Талли ушла. У меня заколотилось сердце. Потеряться в этом сумасшествии совсем не хотелось. Я пробежал вперёд, наудачу свернул направо. Ни следа Талли!
Навстречу шла мрачная процессия людей в чёрных плащах. Десяток парней, парочка девушек. Одна из них мне улыбнулась. Её белокурые волосы красиво ниспадали на чёрную ткань, лицом она напоминала ангелочка. В её сторону даже думать было страшно, не говоря о том, чтобы прикоснуться.
Я робко улыбнулся в ответ и замешкался — застрял, как дурак, посреди дороги.
— Пшел вон! — рыкнул один из парней и толкнул меня в сторону.
Я чуть не упал. Толпа заржала, но, слава Огню, прошла мимо. Девушка-ангел сбилась было с шага. Она смотрела с сочувствием, но толкнувший меня парень, что-то резко сказав, дёрнул её за руку, и чудесное видение растворилось.
Я перевёл дух.
— Партрэт! — раскатисто произнёс кто-то над самым ухом.
Я подпрыгнул. Оказывается, меня оттолкнули на прилавок, и теперь его хозяин — смуглый черноглазый мужчина лет сорока, с трёхдневной щетиной, — смотрел на меня.
— Что, простите? — пробормотал я.
— Партрэт, — повторил мужчина. — Лубой партрэт. Малынький, балшой, у мыдалйоне.
Говорил он с чудовищным акцентом, но я его понимал. Мужчина указывал на разложенные на прилавке портреты. С большинства из них смотрели красивые женские лица. Одни были написаны краской, другие — нарисованы углём или карандашом. Одни в рамах, другие просто на листах бумаги. А ещё на прилавке лежали медальоны. Ну, такие, которые открываешь, — а там портрет кого-то близкого.
И тут меня осенило.
— Вы сами рисуете? — волнуясь, спросил я.
Мужчина, величественно прикрыв глаза, наклонил голову.
Плюнув на здравый смысл, я достал из кармана свой многострадальный смартфон, включил его, нашёл в «галерее» фотографию сестры.
— Вот такой портрет, — сказал я и показал на золотой (скорее всего, конечно, позолоченный) медальон. — Вот сюда.
Мужчину появление на прилавке высоких технологий не смутило. Он подвинул смартфон к себе, несколько секунд вглядывался в лицо на экране, потом кивнул:
— Харашо, — сказал он. — Втарая палавына?
До меня дошло, что в медальоне есть место для двух картинок. Я лихорадочно задумался…
— Вот ты где! — рявкнула Талли и схватила меня за руку. — Как ребёнок, честное слово! Идём! Торги сейчас начнутся.
— Постой! — крикнул я, но Талли было не остановить. Да уж, она-то точно, в отличие от меня, хлюпиком не была. Тащила, как сущий трактор.
Я беспомощно вытянул руку в сторону уменьшающегося прилавка. Смуглый мужчина со всё таким же серьёзным и невозмутимым лицом поднял руку в ответ. Странным образом этот жест меня успокоил.