Неточные совпадения
— Тебе сколько — тридцать пять, семь? Моложава, — говорил Яков Самгин и, вдруг замолчав,
вынул из кармана пиджака порошок, принял его, запил водою и, твердо поставив стакан на
стол, приказал Климу...
Он вообще вел себя загадочно и рассеянно, позволяя Самгину думать, что эта рассеянность — искусственна. Нередко он обрывал речь свою среди фразы и,
вынув из бокового кармана темненького пиджачка маленькую книжку в коже, прятал ее под
стол, на колено свое и там что-то записывал тонким карандашом.
Поговорив еще минут десять, проповедник
вынул из кармана клешней своей черные часы, взвесил их, закрыл книгу и, хлопнув ею по
столу, поднялся.
Он сердито снял фотографию,
вынул ее
из рамы, мелко изорвал и бросил клочки в корзину под
столом.
Но Иноков, сидя в облаке дыма, прислонился виском к стеклу и смотрел в окно. Офицер согнулся, чихнул под
стол, поправил очки, вытер нос и бороду платком и,
вынув из портфеля пачку бланков, начал не торопясь писать. В этой его неторопливости, в небрежности заученных движений было что-то обидное, но и успокаивающее, как будто он считал обыск делом несерьезным.
Вынув из кармана пиджака папиросную коробку, Кутузов заглянул одним глазом в ее пустоту, швырнул коробку на
стол.
— Юрист, — утвердительно сказал человек, снова пересел к
столу,
вынул из кармана кожаный мешочек, книжку папиросной бумаги и, фабрикуя папиросу, сообщил: — Юриста от естественника сразу отличишь.
— Факты — знаю, но — мотивы? Мотивчики-то непонятны! — сказал жандарм,
вынул руки
из карманов, взял со
стола ножницы и щелкнул ими.
Говоря, Кутузов постукивал пальцем левой руки по
столу, а пальцами правой разминал папиросу, должно быть, слишком туго набитую.
Из нее на
стол сыпался табак, патрон, брезгливо оттопырив нижнюю губу, следил за этой операцией неодобрительно. Когда Кутузов размял папиросу, патрон,
вынув платок, смахнул табак со
стола на колени себе. Кутузов с любопытством взглянул на него, и Самгину показалось, что уши патрона покраснели.
Гогин сел к
столу, не торопясь
вынимая портсигар
из кармана, посмотрел на него стесняющим взглядом, но не ответил, а спросил...
Но женщина, присев к
столу,
вынула из кармана юбки коробку папирос и сказала вполголоса...
Ругался он тоже мягко и, видимо, сожалел о том, что надо ругаться. Самгин хмурился и молчал, ожидая: что будет дальше? А Самойлов
вынул из кармана пиджака коробочку карельской березы, книжку папиросной бумаги, черешневый мундштук, какую-то спичечницу, разложил все это по краю
стола и, фабрикуя папиросу пальцами, которые дрожали, точно у алкоголика, продолжал...
Он покачнулся к
столу, но тотчас же,
вынув руки
из карманов брюк, спрятал их за спину, выпрямился.
— Ну, не приду! — сказал он и, положив подбородок на руки, стал смотреть на нее. Она оставалась несколько времени без дела, потом
вынула из стола портфель, сняла с шеи маленький ключик и отперла, приготовляясь писать.
Отбирая бумаги, которые намеревался взять с собою, Розанов
вынул из стола свою диссертацию, посмотрел на нее, прочел несколько страниц и, вздохнув, положил ее на прежнее место. На эту диссертацию легла лаконическая печатная программа диспута Лобачевского; потом должен был лечь какой-то литографированный листок, но доктор, пробежав его, поморщился, разорвал бумажку в клочки и с негодованием бросил эти кусочки в печку.
— Ах, непременно и, пожалуйста, почаще! — воскликнула Мари, как бы спохватившись. — Вот вы говорили, что я с ума могу сойти, я и теперь какая-то совершенно растерянная и решительно не сумела, что бы вам выбрать за границей для подарка; позвольте вас просить, чтобы вы сами сделали его себе! — заключила она и тотчас же с поспешностью подошла,
вынула из стола пачку ассигнаций и подала ее доктору: в пачке была тысяча рублей, что Ришар своей опытной рукой сейчас, кажется, и ощутил по осязанию.
Неточные совпадения
Накушавшись чаю, он уселся перед
столом, велел подать себе свечу,
вынул из кармана афишу, поднес ее к свече и стал читать, прищуря немного правый глаз.
— Вот ключ! (Он
вынул его
из левого кармана пальто и положил сзади себя на
стол, не глядя и не оборачиваясь к Дуне.) Берите; уходите скорей!..
Слева выходит Кнуров и, не обращая внимания на поклоны Гаврилы и Ивана, садится к
столу,
вынимает из кармана французскую газету и читает. Справа входит Вожеватов.
Она
вынула из портфеля письмо и подала ему. Он подошел к свечке, прочел и положил на
стол. А глаза опять обратились на нее с тем же выражением, какого она уж давно не видала в нем.
Смотритель
вынул из несессера и положил на
стол прибор: тарелку, ножик, вилку и ложку. «Еще и ложку
вынул!» — ворчал шепотом мой человек, поворачивая рябчика на сковородке с одной стороны на другую и следя с беспокойством за движениями смотрителя. Смотритель неподвижно сидел перед прибором, наблюдая за человеком и ожидая, конечно, обещанного ужина.