Неточные совпадения
Позвольте-с: у меня там жену уведут; уймете ли вы
мою личность, чтоб я не размозжил противнику
голову?
Над
головой моей тюкал носом о дно своей клетки безголосый соловей, мрачный и задумчивый.
Я описываю тогдашние
мои чувства, то есть то, что мне шло в
голову тогда, когда я сидел в трактире под соловьем и когда порешил в тот же вечер разорвать с ними неминуемо.
— Кстати, Софи, отдай немедленно Аркадию его шестьдесят рублей; а ты,
мой друг, не сердись за торопливость расчета. Я по лицу твоему угадываю, что у тебя в
голове какое-то предприятие и что ты нуждаешься… в оборотном капитале… или вроде того.
Версилов, в первую минуту, бессознательно держал себя сгорбившись, боясь задеть
головой о потолок, однако не задел и кончил тем, что довольно спокойно уселся на
моем диване, на котором была уже постлана
моя постель.
Все это я обдумал и совершенно уяснил себе, сидя в пустой комнате Васина, и мне даже вдруг пришло в
голову, что пришел я к Васину, столь жаждая от него совета, как поступить, — единственно с тою целью, чтобы он увидал при этом, какой я сам благороднейший и бескорыстнейший человек, а стало быть, чтоб и отмстить ему тем самым за вчерашнее
мое перед ним принижение.
— Mon enfant, клянусь тебе, что в этом ты ошибаешься: это два самые неотложные дела… Cher enfant! — вскричал он вдруг, ужасно умилившись, — милый
мой юноша! (Он положил мне обе руки на
голову.) Благословляю тебя и твой жребий… будем всегда чисты сердцем, как и сегодня… добры и прекрасны, как можно больше… будем любить все прекрасное… во всех его разнообразных формах… Ну, enfin… enfin rendons grâce… et je te benis! [А теперь… теперь вознесем хвалу… и я благословляю тебя! (франц.)]
Кстати, мысль выдать ее за князя Сергея Петровича действительно родилась в
голове моего старичка, и он даже не раз выражал мне ее, конечно по секрету.
— Видно, что так,
мой друг, а впрочем… а впрочем, тебе, кажется, пора туда, куда ты идешь. У меня, видишь ли, все
голова болит. Прикажу «Лючию». Я люблю торжественность скуки, а впрочем, я уже говорил тебе это… Повторяюсь непростительно… Впрочем, может быть, и уйду отсюда. Я люблю тебя,
мой милый, но прощай; когда у меня
голова болит или зубы, я всегда жажду уединения.
Эта мысль на мгновение овладела всеми
моими чувствами, но я мигом и с болью прогнал ее: «Положить
голову на рельсы и умереть, а завтра скажут: это оттого он сделал, что украл, сделал от стыда, — нет, ни за что!» И вот в это мгновение, помню, я ощутил вдруг один миг страшной злобы.
Он меня осмотрел и ощупал; попробовал
мой пульс, пощупал лоб, виски. «Странно, — ворчал он, — как ты не замерз… впрочем, ты весь был закрыт шубой, с
головой, как в меховой норе сидел…»
Если б вы знали, если б вы знали, Аркадий Макарович, милый
мой, брат
мой, что значит мне Лиза, что значила она мне здесь, теперь, все это время!» — вскричал он вдруг, схватываясь обеими руками за
голову.
— Сергей Петрович, неужели вы ее погубите и увезете с собой? В Холмогоры! — вырвалось у меня вдруг неудержимо. Жребий Лизы с этим маньяком на весь век — вдруг ясно и как бы в первый раз предстал
моему сознанию. Он поглядел на меня, снова встал, шагнул, повернулся и сел опять, все придерживая
голову руками.
Вот эссенция
моих вопросов или, лучше сказать, биений сердца
моего, в те полтора часа, которые я просидел тогда в углу на кровати, локтями в колена, а ладонями подпирая
голову. Но ведь я знал, я знал уже и тогда, что все эти вопросы — совершенный вздор, а что влечет меня лишь она, — она и она одна! Наконец-то выговорил это прямо и прописал пером на бумаге, ибо даже теперь, когда пишу, год спустя, не знаю еще, как назвать тогдашнее чувство
мое по имени!
— Dites donc, voulez-vous que je vous casse la tête, mon ami! [Послушайте, друг
мой, вы что, хотите, чтобы я проломил вам
голову! (франц.)] — крикнул он длинному.
— Я его не
мою и так немытым и отдаю внаем Ламберту для раздробления чужих
голов в щекотливых для Ламберта случаях.
Он только что умер, за минуту какую-нибудь до
моего прихода. За десять минут он еще чувствовал себя как всегда. С ним была тогда одна Лиза; она сидела у него и рассказывала ему о своем горе, а он, как вчера, гладил ее по
голове. Вдруг он весь затрепетал (рассказывала Лиза), хотел было привстать, хотел было вскрикнуть и молча стал падать на левую сторону. «Разрыв сердца!» — говорил Версилов. Лиза закричала на весь дом, и вот тут-то они все и сбежались — и все это за минуту какую-нибудь до
моего прихода.
От Анны Андреевны я домой не вернулся, потому что в воспаленной
голове моей вдруг промелькнуло воспоминание о трактире на канаве, в который Андрей Петрович имел обыкновение заходить в иные мрачные свои часы. Обрадовавшись догадке, я мигом побежал туда; был уже четвертый час и смеркалось. В трактире известили, что он приходил: «Побывали немного и ушли, а может, и еще придут». Я вдруг изо всей силы решился ожидать его и велел подать себе обедать; по крайней мере являлась надежда.
— А как вы смели ввести ее в
мою комнату? — повторил я, схватив себя за
голову, которая почти вдруг ужасно заболела.
Пожалей меня, Соня, и
мою бедную
голову.
Меня встретил хозяин, тотчас же шмыгнувший в
мою комнату. Он смотрел не так решительно, как вчера, но был в необыкновенно возбужденном состоянии, так сказать, на высоте события. Я ничего не сказал ему, но, отойдя в угол и взявшись за
голову руками, так простоял с минуту. Он сначала подумал было, что я «представляюсь», но под конец не вытерпел и испугался.
Неточные совпадения
Городничий (хватаясь за
голову).Ах, боже
мой, боже
мой! Ступай скорее на улицу, или нет — беги прежде в комнату, слышь! и принеси оттуда шпагу и новую шляпу. Ну, Петр Иванович, поедем!
Городничий. Ах, боже
мой! Я, ей-ей, не виноват ни душою, ни телом. Не извольте гневаться! Извольте поступать так, как вашей милости угодно! У меня, право, в
голове теперь… я и сам не знаю, что делается. Такой дурак теперь сделался, каким еще никогда не бывал.
Г-жа Простакова. Бог даст тебе благополучие и с дорогим женихом твоим, что тебе в
голове моей?
Г-жа Простакова (стоя на коленях). Ах,
мои батюшки, повинную
голову меч не сечет.
Мой грех! Не губите меня. (К Софье.) Мать ты
моя родная, прости меня. Умилосердись надо мною (указывая на мужа и сына) и над бедными сиротами.
Стародум. Оттого,
мой друг, что при нынешних супружествах редко с сердцем советуют. Дело в том, знатен ли, богат ли жених? Хороша ли, богата ли невеста? О благонравии вопросу нет. Никому и в
голову не входит, что в глазах мыслящих людей честный человек без большого чина — презнатная особа; что добродетель все заменяет, а добродетели ничто заменить не может. Признаюсь тебе, что сердце
мое тогда только будет спокойно, когда увижу тебя за мужем, достойным твоего сердца, когда взаимная любовь ваша…