Цитаты со словом «поговорить»
Но Василий
говорит, что это обомнется, и я принужден верить ему.
— Василий, —
говорю я, когда замечаю, что он начинает удить рыбу на козлах, — пусти меня на козлы, голубчик. — Василий соглашается. Мы переменяемся местами: он тотчас же начинает храпеть и разваливается так, что в бричке уже не остается больше ни для кого места; а передо мной открывается с высоты, которую я занимаю, самая приятная картина: наши четыре лошади, Неручинская, Дьячок, Левая коренная и Аптекарь, все изученные мною до малейших подробностей и оттенков свойств каждой.
— А Неручинская ничего не везет, —
говорю я.
— Дьячка нельзя налево впрягать, —
говорит Филипп, не обращая внимания на мое последнее замечание, — не такая лошадь, чтоб его на левую пристяжку запрягать. Налево уж нужно такую лошадь, чтоб, одно слово, была лошадь, а это не такая лошадь.
Я стараюсь всячески подражать Филиппу, спрашиваю у него, хорошо ли? но обыкновенно кончается тем, что он остается мною недоволен:
говорит, что та много везет, а та ничего не везет, высовывает локоть из-за моей груди и отнимает у меня вожжи.
— Папа
говорил вам, что мы будем жить у бабушки?
—
Говорил; бабушка хочет совсем с нами жить.
— Maman
говорит, что бабушка такая важная — сердитая?
— Так ты
говорил, какой был бал у бабушки.
— Нет, слышу; ты
говорил, что ты танцевал.
— Да ведь нельзя же всегда оставаться одинаковыми; надобно когда-нибудь и перемениться, — отвечала Катенька, которая имела привычку объяснять все какою-то фаталическою необходимостью, когда не знала, что
говорить.
— Ведь не всегда же мы будем жить вместе, — отвечала Катенька, слегка краснея и пристально вглядываясь в спину Филиппа. — Маменька могла жить у покойницы вашей маменьки, которая была ее другом; а с графиней, которая,
говорят, такая сердитая, еще, бог знает, сойдутся ли они? Кроме того, все-таки когда-нибудь да мы разойдемся: вы богаты — у вас есть Петровское, а мы бедные — у маменьки ничего нет.
«Что ж такое, что мы богаты, а они бедны? — думал я, — и каким образом из этого вытекает необходимость разлуки? Отчего ж нам не разделить поровну того, что имеем?» Но я понимал, что с Катенькой не годится
говорить об этом, и какой-то практический инстинкт, в противность этим логическим размышлениям, уже говорил мне, что она права и что неуместно бы было объяснять ей свою мысль.
— Нет, это я
говорила, когда была маленькой…
Между нами не делали различия старшего и младшего; но именно около того времени, о котором я
говорю, я начал понимать, что Володя не товарищ мне по годам, наклонностям и способностям.
— Пожалуйста, не командуй, — отвечал я. — Разбил так разбил; что ж тут
говорить!
— Я тебе
говорю, не толкайся!
До вечера мы не
говорили друг с другом; я чувствовал себя виноватым, боялся взглянуть на него и целый день не мог ничем заняться; Володя, напротив, учился хорошо и, как всегда, после обеда разговаривал и смеялся с девочками.
Иногда я слышал, как Маша
говорила Володе: «Вот наказанье! что же вы в самом деле пристали ко мне, идите отсюда, шалун этакой… отчего Николай Петрович никогда не ходит сюда и не дурачится…» Она не знала, что Николай Петрович сидит в эту минуту под лестницею и все на свете готов отдать, чтобы только быть на месте шалуна Володи.
— Видите, мой милый, — сказала бабушка, обращаясь к папа, когда Гаша, продолжая ворчать, вышла из комнаты, — как со мной
говорят в моем доме?
— И прекрасно сделаешь, мой друг, — сказала бабушка уже не тем недовольным голосом, которым
говорила прежде. — St.-Jérôme, по крайней мере, gouverneur, который поймет, как нужно вести des enfants de bonne maison, [детей из хорошей семьи (фр.).] a не простой menin, дядька, который годен только на то, чтобы водить их гулять.
— Я завтра же
поговорю с ним, — сказал папа.
Когда Johann делал глупости, папенька
говорил: „С этим ребенком Карлом мне не будет минуты покоя!“, меня бранили и наказывали.
Когда сестры сердились между собой, папенька
говорил: „Карл никогда не будет послушный мальчик!“, меня бранили и наказывали.
Часто она
говорила мне: „Карл! подите сюда, в мою комнату“, и она потихоньку целовала меня.
Об одном тебя просит твоя маменька, —
говорила она мне, — учись хорошенько и будь всегда честным человеком, бог не оставит тебя!
— Папенька! — я сказал, — не
говорите так, что «у вас был один сын, и вы с тем должны расстаться», у меня сердце хочет выпрыгнуть, когда я этого слышу. Брат Johann не будет служить — я буду Soldat!.. Карл здесь никому не нужен, и Карл будет Soldat.
— «Вы
говорите неправду, молодой человек, — сказал он, — по дороге теперь сухо».
В одно воскресенье я был в кофейном доме, купил кружку пива, курил свою трубочку и разговаривал с своими знакомыми про Politik, про император Франц, про Napoleon, про войну, и каждый
говорил свое мнение.
Подле нас сидел незнакомый господин в сером Überrock, [сюртуке (нем.).] пил кофе, курил трубочку и ничего не
говорил с нами.
— Voyons, messieurs (St.-Jérôme имел привычку ко всякому слову
говорить: voyons)! faites votre toilette et descendons. [Ну же, господа! займитесь вашим туалетом и идемте вниз (фр.).]
— Что со мной будет?! А-а-ах! что я наделал?! —
говорил я вслух, прохаживаясь по мягкому ковру кабинета. — Э! — сказал я сам себе, доставая конфеты и сигары, — чему быть, тому не миновать… — И побежал в дом.
К крайнему оскорблению моего самолюбия, я понимал, что я лишний, остающийся, что про меня всякий раз должны были
говорить: «Кто еще остается?» — «Да Николенька; ну вот ты его и возьми».
«Нет, проиграли, теперь расплачивайтесь!» —
говорил Сережа.
Сонечка, опустив руки, стояла перед ним, точно виноватая, и, краснея,
говорила: «Нет, я не проиграла, не правда ли, mademoiselle Catherine?» — «Я люблю правду, — отвечала Катенька, — проиграла пари, ma chère».
St.-Jérôme,
поговорив о чем-то с Мими, вышел из комнаты; звуки его шагов послышались сначала на лестнице, а потом над нами, по направлению классной.
Внизу послышался громкий голос Августа Антоныча (должно быть, он
говорил про меня), потом детские голоса, потом смех, беготня, а через несколько минут в доме все пришло в прежнее движение, как будто никто не знал и не думал о том, что я сижу в темном чулане.
«Я должен быть не сын моей матери и моего отца, не брат Володи, а несчастный сирота, подкидыш, взятый из милости», —
говорю я сам себе, и нелепая мысль эта не только доставляет мне какое-то грустное утешение, но даже кажется совершенно правдоподобною.
«Но зачем дальше скрывать эту тайну, когда я сам уже успел проникнуть ее? —
говорю я сам себе, — завтра же пойду к папа и скажу ему: „Папа! напрасно ты от меня скрываешь тайну моего рождения; я знаю ее“.
Ему
говорят, что это известный герой Николай.
Государь подходит ко мне и
говорит: «Благодарю тебя.
Я почтительно кланяюсь и, опираясь на саблю,
говорю: «Я счастлив, великий государь, что мог пролить кровь за свое отечество, и желал бы умереть за него; но ежели ты так милостив, что позволяешь мне просить тебя, прошу об одном — позволь мне уничтожить врага моего, иностранца St — Jérôme’а.
Я грозно останавливаюсь перед Jérôme’ом и
говорю ему: «Ты сделал мое несчастие, а genoux!» [на колени! (фр.)]
«Ежели это точно ты, —
говорю я, — то покажись мне лучше, чтобы я мог обнять тебя».
Разве тебе не хорошо так?» — «Нет мне очень хорошо, но ты не можешь щекотать меня, и я не могу целовать твоих рук…» — «Не надо этого, здесь и так прекрасно», —
говорит она, и я чувствую, что точно прекрасно, и мы вместе с ней летим все выше и выше.
— Что же? вы не слышите разве, что я вам
говорю?
— Tranquillisez vous au nom du ciel, madame la comtesse, [Ради бога, успокойтесь, графиня (фр.).] —
говорил St.-Jérôme.
— Бей меня еще, —
говорил я сквозь слезы, — крепче, больнее, я негодный, я гадкий, я несчастный человек!
Слезы душили меня, я сел на диван и, не в силах
говорить более, упал головой ему на колена, рыдая так, что мне казалось, я должен был умереть в ту же минуту.
Цитаты из русской классики со словом «поговорить»
— Как я рада, что вы приехали, — сказала Бетси. — Я устала и только что хотела выпить чашку чаю, пока они приедут. А вы бы пошли, — обратилась она к Тушкевичу, — с Машей попробовали бы крокет-гроунд там, где подстригли. Мы с вами успеем по душе
поговорить за чаем, we’ll have а cosy chat, [приятно поболтаем,] не правда ли? — обратилась она к Анне с улыбкой, пожимая ее руку, державшую зонтик.
Сказал он что-то и про Соню, обещал как-нибудь зайти на днях сам к Раскольникову и упомянул, что «желал бы посоветоваться; что очень надо бы
поговорить, что есть такие дела…».
— Нет, так… Я уж ему ответила. Умнее матери хочет быть… Однако это еще бабушка надвое сказала… да! А впрочем, и я хороша; тебя прошу не говорить об нем, а сама твержу:"Коронат да Коронат!"Будем-ка лучше об себе говорить. Вот я сперва закуску велю подать, а потом и
поговорим; да и наши, того гляди, подъедут. И преприятно денек вместе проведем!
В тот же день он попросил у Татьяны Борисовны позволения
поговорить с ней наедине.
Вы хотите читать — любящая жена с вздохом говорит вам, что она знает, что вы ее не послушаетесь, будете сердиться на нее, но она уж привыкла к этому, — вам лучше не читать; вы хотите пройтись по комнате — вам этого тоже лучше не делать; вы хотите
поговорить с приехавшим приятелем — вам лучше не говорить.
Синонимы к слову «поговорить»
Предложения со словом «поговорить»
- – Теперь, чтобы нас потом не упрекали в забывчивости, я хочу поговорить ещё кое о чём.
- Прежде чем начать разговор о способах лечения семечками, давайте поговорим немного о тех растениях, семенами которых я собираемся лечиться.
- И… в общем, мы можем поговорить спокойно, вспомнить… ну, ты понял…
- (все предложения)
Сочетаемость слова «поговорить»
Значение слова «поговорить»
ПОГОВОРИ́ТЬ, -рю́, -ри́шь; сов. Провести некоторое время в разговоре, за обсуждением чего-л. или говоря что-л. (Малый академический словарь, МАС)
Все значения слова ПОГОВОРИТЬ
Афоризмы русских писателей со словом «поговорить»
Дополнительно