1. Книги
  2. Попаданцы
  3. Дарья Вознесенская

Первая ночь – дракону!

Дарья Вознесенская (2024)
Обложка книги

Право первой ночи, да прям сейчас?! Вот это я попала… во всех смыслах!Опасные драконы, королевская власть, патриархат и заброшенные замки? Хм, на фоне остального драконы очень даже милые…Тайны, интриги и неуступчивый мужик? Что ж, чтобы спастись и занять подходящее место в новом мире, придется со всем разобраться. И с интригами, и с тайнами, и…С неуступчивыми мужиками сложнее всего, конечно.Вот только и награда самая привлекательная.Любовь

Оглавление

Купить книгу

Приведённый ознакомительный фрагмент книги «Первая ночь – дракону!» предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Про право первой ночи

— Хорошая девка. А ты иди, без тебя справлюсь.

Меня будят слова, сказанные грубым мужским голосом, и прикосновение к голой щиколотке. Грубое прикосновение и пальцы такие… неприятные. Мозолистые.

Кто ж так будит?!

От испуга и неожиданности я верещу, дергаю ногой, падаю со своей кровати и прыгаю куда-то в сторону…

Потом только глаза открываю.

И взвизгиваю снова.

Громко и с ужасом.

Потому что я не со своей кровати спрыгнула. И не к своей родненькой стеночке с модными полосатыми обоями спиной прижимаюсь.

Я стою посреди каменного мешка. Голые ступни жалит холодом каменный же пол. На стенах оружие развешено и факелы, будто не комната это, а оружейный зал музея. Устрашающее оружие и местами чем-то запачканное.

А посреди оружейной… кровать с балдахином. Вот и вся обстановка. На кровати с тряпками и шкурами сидит оторопевший мужик в женской длинной ночнушке и с пухлыми щеками. У входа толкутся несколько оторопевших мужиков — с факелами в руках!!! — а ближе ко мне стоит ещё один… бородатый. И тоже, кажется, удивлён моей прытью.

— Ик, — только и могу сказать на выверты моего подсознания. Я бы не сказала, что такая креативная, чтобы даже во сне подобное придумать. Что происходит? — Чур меня. Изыди. Сгинь. Сейчас проснусь, в общем…

— Она же вроде нормальная была, — ещё больше удивляется бородатый. Из-за гула в ушах и нервной тряски, которая меня невольно охватывает, я его плохо понимаю. Или это из-за его шепелявости? Он смотрит на меня, скалится, а половины зубов не хватает.

— Нормальная она. Нормальная, господин! — внезапно отзывается тот, кто в ночнушке. Заискивающе как-то. И с кровати тоже спрыгивает, идет ко мне. — Наталина, не дури! Нам честь оказали такую! Немедленно в постель!

— Ик, — снова говорю я и щиплю себя за руку. Сильно. Глаза тру и даже нащупываю стенку рукой и несколько раз прикладываюсь к ней головой.

Не помогает.

Я — не Наталина. Я — Наташа. И засыпала совсем в другом месте — в собственной квартире. Конечно, можно предположить, что мои тусовщики — соседи курили травку у меня под дверью. Или в вино, которое мы пили с девчонками накануне, что-то добавили и это все галлюцинации…

Но ногам слишком холодно, а в комнате слишком душно — здесь нет окон. Зато куча мужиков и факелы. Они не в курсе, что кислород так быстро закончится? И все это слишком странно, с моими прагматичными мозгами я бы не смогла нафантазировать.

И до меня доходит еще одна вещь.

Тут не только не моя комната, но и язык не тот, к которому я привыкла. Я все понимаю, я могу говорить, я даже говорю, не задумываясь и не сличая слова с внутренним словарем, как делала в английском, но это не русский! А что-то совсем другое!

— Так, — сообщаю сразу всем, — сейчас будет истерика.

Но мои слова мужиков почему то не пугают, а веселят. И успокаивают будто.

— Так и положено, — говорит мне тот, кто в ночнушке, и становится рядом с бородатым, — Невинной девице и должно быть страшно в первую брачную ночь.

Невинной? Ну как бы вам сказать…

Стоп. Какая брачная ночь?!

Это за кого я успела замуж выйти бессознательно?! Я в сознании-то столько лет надеялась это сделать — и не могла. А тут хоп, и замужем?!! За кем?!

Внимательно всматриваюсь в обоих….

— Нет, — говорю совершенно честно, — Никаких замуж за вами.

Даже во сне я бы за таких не вышла, это я четко понимаю.

Они очень странно смотрятся вместе. И по раздельности тоже. Один в белой тряпке с кружевом у горла. До пят. И правда на девку похож. Дебелый, пухлый, бледное лицо, щеки нездоровым румянцем горят. И кудри редкие на голове… А второй — такой дядька из средневекового кино, который только что вернулся с боя и даже не успел почистить доспехи. Похож на маньяка с топором. Неопрятная грязная борода, нос картошкой, сальные волосы до плеч, грязные ручищи… кожаные доспехи в непонятных пятнах не скрывают пуза и коренастого тела.

Бр-р…

— Бр-р, — сообщаю я сразу всем на удивление спокойно. Такое спокойствие — первый признак зарождающейся истерики. — И кто муж?

— Точно свихнулась, — досадливо крякает бородач.

— Сглазили, — хватается за голову кучерявый. И чуть не хныча ко мне обращается, — Наталина, ну неужто не помнишь меня? Обряд же был только что!

— Значит ты — муж, — киваю задумчиво, — И как же тебе пришло в голову свою жену кому-то отдать?!

— Свихнулась. Свихнулась, — обидно гудят мужики с факелами.

— Так право первой ночи же… — чуть теряется «муж».

— Ч-чего?!

Нет, я, конечно, понимаю, «чего». Только ко мне это как применимо?

Право первой ночи практиковалось где-то там, в темном средневековье. Когда феодал или почётный гость могли овладеть девушкой раньше новоиспеченного мужа. Паршивый такой обычай, наверняка его использовали только чтобы власть свою утвердить…

— Надоело болтать, — рычит бородатый, — Или ты, Хорр, быстро в кровать ее затащишь, чтобы не дергалась, или дань годовую плати!

… власть утвердить или расплатиться таким образом.

Ужас.

— Сейчас все будет, господин! — всплескивает руками кучерявый.

И оба шагают в мою сторону.

Ага.

Как же.

Разбежались.

Галлюцинации, сон или ужасная правда, которую моя головушка пока не усваивает до конца — не важно.

Психотравма мне не нужна даже во сне!

Но варианты?!

Они же ко мне идут. Руки свои растопырили, чтобы поймать, и идут. Пауки мерзкие. И мужики, которые все толпятся у дверей, смотрят так внимательно и с ожиданием — поймают меня или нет. Или подсобить чем подумывают, все четверо. В доспехах. «Господина» этого бородатого наверное пошли провожать к постели. Или посмотреть планировали. И на лице моего мужа… тьфу, даже мысленно не хочу его так называть! В общем там решительная решимость дань никому не платить.

Точнее платить — но мной.

А я, как хорошая жена и рачительная хозяйка по его логике еще и подыграть должна. Со скромной радостью. Как он там сказал? Нам честь оказана? То есть мы по статусу господина ниже, и если я правильно помню, что в феодальном средневековье творилось — и допускаю, что вот так вот переместилась по времени, неизвестно куда — то мое неповиновение неприлично. И может быть сурово наказано.

— Всегда терпеть не могла историю средневековья, — бормоча, перебегаю к другой стене.

Что же делать?

Притвориться действительно ненормальной? А если здесь для таких предусмотрен только камень на шею?

Начать шептать абрукадабру, типа заколдую?

Типа могут и сжечь.

Была не была!

Я ка-ак сдергиваю ближайший меч! Ка-ак наставляю на них! И…

Черт.

Из чего его делают, а?! В мече килограмм двадцать! Или сорок! Какой там наставляю — сразу выронила и хорошо, что по ноге не попала себе!

Нет. Биться с мужиками не вариант. Надо хитростью. Мягкостью. И хотя б с одним только остаться — когда их много, дышать тяжело во всех смыслах.

— И правда, чего это я… — говорю извиняющимся тоном, и бочком-бочком от меча отхожу. Типа к нему не имею никакого отношения. На меня смотрят с большими сомнениями. И не движутся. Я тоже двигаться перестаю и мило — надеюсь — улыбаюсь. — Спросонья чего только не померещится. И волнение от первой ночи, сами понимаете, господин…

Последнее слово едва выдавила. Но вроде нормально все сделала, потому что мужики переглядываются и вроде добреют. А «муж» еще и вздыхает облегченно.

— Ну вот так бы и сразу, — сообщает бородатый, оглаживает свою бороду и смачно сплевывает. А потом ручищей похлопывает по плечу пригнувшегося от такой ласки"мужа", — Иди Хорр. И не возвращайся, пока не позову. Даже если женушка твоя верещать будет — эт она от удовольствия, ха-ха-ха.

–Ха-ха-ха, — предано подхватывают остальные.

— Гы-гы, — гогочет Хорр, но мне перед уходом успевает кулак показать. Намекает, чтобы я не рыпалась.

Тьфу. Гадость какая. Но они хоть спальню-оружейную покидают и дверь за собой прикрывают.

А бородач, довольно на меня поглядывая, запирает дверь на засов и усаживается на кровать.

— Давай, раздевай своего господина, — вытягивает вперед ножищу в грязном сапоге.

Господи. Надеюсь там на подошве глина, а не навоз.

Покряхтывая, я стаскиваю его обувь, кожаные доспехи и какую-то сбрую, стараясь дышать через раз — мужик явно не каждый день ванну принимает — и выдавливаю из себя улыбку:

— Выпить, господин?

— Чего бы не выпить, — посмеивается и больно щипает меня за зад.

Я зубы стискиваю и отхожу, незаметно взвешивая в руках глиняный кувшин с вином.

Ерунда. Этого борова таким не пробьёшь.

Наливаю полный кубок кислого и крепкого даже на запах «вина», подаю ему. Пережив ещё один щипок — синяк же будет! — озираюсь осторожно. Может что ещё найдётся, что поможет мне избежать вот этого всего? Оружие не мой конёк — это мы выяснили. Дубинки нигде нет. Спеленать покрывалом? Ха. А может тем натертым металлическим подносом воспользоваться? Ударить посильней, он отвлечется или упадёт, а я такая шмыг… но куда?

Задумчиво провожу по вертикально стоящему подносу, который тут будто вместо картины — не лежит вовсе, а стоит — и замираю, глядя в своё довольно отражение. И забываю даже о мужике. Потому что…

Та, кого я вижу — это не совсем я. Как бы я, но сильно младше. И даже тот факт, что поднос — не зеркало, не мешает заметить разницу между моими уверенными «почти тридцать» и этими «возраста согласия достигла».

Пухлые щеки против узких скул, широкие брови вместо аккуратной формы и коса взамен модной стрижки.

Я сглатываю и нащупываю эту самую косу. Болтается. Не мерещится.

Ночнушку приподнимаю. Щиколотки выглядят как всегда изящно, но их уже не украшают татуировки в виде иероглифов.

И вот тогда мне становится совсем страшно. До того что? Слабоумие, отвага и надежда на то, что все-таки сон. Но придумать во сне собственную молодость и стереть татуировки… Нереально.

То есть я не просто случайно легла спать в машину времени или что там произошло. Это тело — не совсем мое. Мозги от меня только остались. И когда я осознаю все…

— У-уу, — шепчу в ужасе и начинаю трястись.

— Ты чего застыла-то? Сюда иди, — раздается сзади.

— А-аа, — всхлипываю, когда вижу, что мужик уже штаны стянул.

— Не бойся, не обижу, — продолжает господин и указывает на место рядом с собой.

— Ы-ыы, — мечусь по комнате, заламывая руки.

— А ну хватит! — рявкает, — хотел же по-хорошему, но могу и по-плохому!

Да куда хуже-то?! Я неизвестно где, неизвестно кто — вроде я и не я одновременно, и неизвестно с кем должна сейчас известно чем заниматься!

И это все реально!

Мне орать хочется и биться головой об стену, а не вот это вот все!

Но инстинкт самосохранения всегда сильнее истерики. Всегда. Рыдать я буду потом. А здесь и сейчас я должна спасать себя и свою невинность. Которую, скорее всего, мне тоже нарастили. Точнее, она еще осталась у этой девицы. То есть у меня…

Запуталась!

Делаю глубокий вдох и напоминаю, что мне почти тридцать. Что я почти десять лет риэлтором проработала. И однажды сидела в подвале, куда меня запер ненормальный покупатель. И сдавала в аренду квартиры представителем всяких «братков». И умела находить общий язык даже с истеричками.

Я опытная, я умная, я предприимчивая. Я справлюсь самым лучшим для данной ситуации способом.

Ещё вдох и выдох… Шагаю в сторону кровати, развязываю тесёмки своей сорочки у горла и стягиваю ее так, чтобы плечо показалось.

— Господин так торопится… — мурлычу неприличным образом. И косу расплетать начинаю, — Ну куда нам торопиться? Вся ночь впереди.

Я облизываю губы и томно повожу плечиком. Отвлекаю от того, что у меня в руках.

Хорошая штука, кстати. Тяжелая правда, но поговаривали, что БДСМ для сильных людей. Особенно средневековый БДСМ. Где вместо наручников — кандалы. С торчащим ключом внутри.

Нет смысла уточнять у мироздания, что они делают в спальне-оружейной. Они или для спальни — или как оружие. Везде пригодятся. Если только сумею их застегнуть.

— Ах какой господин мне достался, — продолжаю мурлыкать, вспоминая, как договаривалась с самыми неуступчивыми клиентами, — Как же мне повезло… мужественный, сильный, умелый…

Взгляд его стекленеет, и сам он начинает тяжело дышать. Я медленно иду, подволакивая по полу железяки. Те противно скребут камень и я в своей девственной ночнушке наверное похожа на Кентервильское привидение, но это точно не самая большая проблема.

— От такого господина сбегать и не захочется, — ногу на кровать ставлю и приподнимаю подол. Пока у него слюна капать не начинает. Вряд ли стриптиз — регулярное удовольствие в местных реалиях, так что его конкретно ведёт. Лишь бы не переборщить, — Только господин мой такой большой, такой великий… Страшно невинной деве, вдруг разорвет на кусочки?

Мотает отрицательно головой как большая лохматая собака. И не отрывает взгляда от моей обнаженной ноги.

— А я такая хрупкая, — ой и несёт меня, — Цветочек юный… жалко будет, если заболею. Но я слышала один способ, как бы я могла дольше господина радовать. Как удержать господина, чтобы силу соизмерял… а я сама, сама все сделаю. Вам только останется, что отдыхать и наслаждаться.

Киваю на кандалы и, чтобы меньше сомневался, окончательно ворот сорочки расслабляю.

— Ложитесь ложитесь, — бормочу, стараясь не думать, что его ещё и трогать придётся. — Ох какой вы сильный… опасный… и орудие какое сильное… настоящий мужчина.

Переборщила все-таки.

Ну или он вообще ничего не понял из моих слов и не собирался добровольно привязываться.

В следующее мгновение я оказываюсь вмятой в кровать тушей «настоящего мужчины». И в бедро мне упирается его «сильное оружие».

Черт. Вот что делать теперь?! Когда мне уже конкретно так ноги раздвигают?! Смириться и потерпеть — хоть жива останусь? Но пусть это глупо и недальновидно, только сейчас, в моменте, я не могу безропотно притвориться бревном и дать мужику получить то, зачем приперся. Потому изворачиваюсь, примеряясь зубами к картофельному носу, пока он мне подол рвет…

И в этот момент что-то или кто-то так сильно бьют по запертой двери, что раздается треск дерева.

И снова.

До меня доходит — уже какое-то время за дверями вопят и грохочут. И крики-то нерадостные… Мужика на мне уже нет. Взревев, он вскакивает с кровати, натягивая штаны и сапоги. И с воплем: «Мстительные твари!» выскакивает наружу, прихватив меч.

Крики, треск, звон делаются громче.

— Это Карвары!!!

— Нападение!

— Вперёд!!!!

Кажется, там бойня…

Я быстренько добегаю до двери и снова ее запираю. А потом без сил опускаюсь по стеночке и всхлипываю в ужасе перед происходящим. Голова болит. Потому что и правда ужас.

Я реально в совсем другой жизни. И мне уготована совсем другая жизнь — и не понять почему.

Меня здесь принимают за какую-то неведомую Наталину, меня отдали в уплату дани в первую брачную ночь незнакомцу, и то, что на это место напали — только отсрочка. Да, у меня была тройка по истории, но это не мешает вспомнить, как паршиво в средневековье обращались с женщинами.

Да что вспоминать — все перед глазами. Сейчас одного отвлекли, потом другой пришел. Война лишь временно в моих интересах. На постоянной основе… блин, не уверена. Они большие, злые и бьются. А я вообще-то юная дева в ночной сорочке — и мне точно не важно, кто победит. Все опасны.

Да и каменный склеп этот может сгореть.

Нет. Прятаться нельзя — надо выбираться отсюда на улицу. Прятаться там. Подальше от всяких бородатых. Где-то… черт его знает, в лесах, например. Прятаться, выяснять, как я вообще здесь оказалась и как мне оказаться снова не здесь.

А дома в собственной кровати.

План минимум.

Я осматриваю в очередной раз комнату. Не нахожу никакой одежды. Рву ветхую простынь на тряпки, чтобы ноги замотать. Покрывало накидываю на плечи и узлом завязываю. Хоть какая-то защита. Выходить страшно — в пылу битвы меня не пожалеют и не заметят. Но в щель под дверью тянет уже нехорошим дымком… Потому я беру кандалы — мало что утащить могу, а это могу. И короткий, кривой нож. Приматываю на лицо еще одну тряпку, которую вином пропитала — где-то читала, что это от дыма может защитить…

В темном коридоре почти ничего не видно — двух факелов не хватает.

Мне куда? Направо, налево? Сворачиваю направо и, держась за стенку, иду. Потом по лестнице вниз — вниз это же на выход, так? Да только там, ниже, за поворотом витой лестницы, раздается хлопок, что-то взрывается, пыша сухим жаром мне в лицо, еще и жуткий вопль…

Я взвизгиваю, и бегу наверх, не слишком-то разбирая дороги. Поскальзываюсь на каменных ступенях, падаю, больно коленкой ударяюсь и снова бегу. На новый то ли уровень, то ли еще что — снова коридор, но он светлее, здесь больше факелов, а еще — узкие окна — дырки в стене, без всяких стекол, за которыми почему-то все красное…

Куда теперь?

Я дергаю деревянную дверь за кольцо — не поддается. И следующая тоже. Коридор скругляется, за поворотом ничего не видно, потому врезаюсь в человека совершенно неожиданно. А он у него что-то с лицом, я не могу разобраться, еше он рет — потому я даже не хочу разбираться! Хватает меня, я же неумело втыкаю в руку нож, выворачиваюсь, снова бегу, спотыкаюсь обо что-то, перелетаю и падаю аккурат возле чьей-то головы…

Не чьей-то.

Судя по липким редким прядям и знакомой ночнушке, выглядывающей из под подобия брони, это мой муж. Бывший. То есть мертвый.

Потому что лежит неподвижно совершенно.

Осторожно, на четвереньки, подальше… Туда, где нет никаких лежащих и нападающих мужиков. На лестницу, которая ведет только наверх, прочь от криков и жуткого дыма. Почти не понимая, что и зачем я делаю — просто подальше отсюда!

Но замираю у одной из дырок — окон, лишь мельком глянув наружу. Потому что то, что я вижу, это… В общем сразу понятно, я ошибалась. Когда думала, что меня протащило по временной петле без всяких агрегатов. И случайно засунуло в свое-чужое тело.

Нет.

Все гораздо сложнее.

Я вообще в другом мире.

Потому что в моем, в котором я родилась, ни в каком средневековье их не было. Парящих и ужасных.

Драконов.

Вам также может быть интересно

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я