Чтобы положить конец этому прению и не потерять редкого в эту пору хорошего дня, Долинский, допив свою чашку, тихонько вышел и возвратился в столовую в пальто и
в шляпе: на одной руке его была перекинута драповая тальма Доры, а в другой он бережно держал ее серенькую касторовую шляпу с черными марабу.
Неточные совпадения
— Вот и она, — сказала Анна Михайловна. На пороге показалась Дорушка
в легком белом платье со своими оригинальными красноватыми кудрями, распущенными по воле, со снятой с головы соломенной
шляпой в одной руке и с картонкой
в другой.
Илья Макарович встал, заплатил белокурой Далиле пять зильбергрошей и бросился домой опрометью.
Шляпа вертелась на его оголенной голове и беспрестанно напоминала ей о ее неслыханном
в василеостровской академии позоре.
— Квакай, матушка, — отвечал Илья Макарович, и без того недовольный тем, что его почти насильно уводят домой. — Научись говорить по-русски, да тогда и квакай; а то капусту выучилась есть вместо апельсин, а говорить
в пять лет не выучилась. Ну, прощайте, Анна Михайловна! — добавил он, взяв
шляпу и подав свернутую кренделем руку подруге своей жизни.
— Мое почтение! — развязно хватил он при появлении
в дверях хозяйки и тряхнул себя циммермановской
шляпой по ляжке.
Во время этого сна, по стеклам что-то слегка стукнуло раз-другой, еще и еще. Долинский проснулся, отвел рукою разметавшиеся волосы и взглянул
в окно. Высокая женщина,
в легком белом платье и коричневой соломенной
шляпе, стояла перед окном, подняв кверху руку с зонтиком, ручкой которого она только стучала
в верхнее стекло окна. Это не была золотистая головка Доры — это было хорошенькое, оживленное личико с черными, умными глазками и французским носиком. Одним словом, это была Вера Сергеевна.
Нестор Игнатьевич освежил лицо, взял
шляпу и вышел из дома
в первый раз после похорон Даши. На бульваре он встретил m-lle Онучину, поклонился ей, подал руку, и они пошли за город. День был восхитительный. Горячее итальянское солнце золотыми лучами освещало землю, и на земле все казалось счастливым и прекрасным под этим солнцем.
«Я скакала, ах, как я скакала целую ночь! — весело говорила она ему, вся пылая свежим румянцем: — и вообразите, я потеряла мою
шляпу в Африке.
Там пауки сидят, мерзкие, скверные пауки живут
в этой гадкой
шляпе!
Долинский отбросил от себя эту записку, потом схватил ее и перечитал снова. На дворе был седьмой час
в исходе. Долинский хотел пойти к Зайончеку, но вместо того только побегал по комнате, схватил свою
шляпу и опрометью бросился к месту, где останавливается омнибус, проходящий по Латинскому кварталу.
— Встаньте, — сказала опять Анна Михайловна. Долинский медленно приподнялся и взял
в руки свою
шляпу, снова стал, спустя голову, на том же самом месте.
Войдя
в свою комнату, Долинский, не зажигая огня, бросил
шляпу и повалился впотьмах совсем одетый
в постель.
Анна Михайловна находилась
в большом затруднении. Часу
в восьмом вечера она надела бурнус и
шляпу, взяла фиакр и велела ехать на Батиньоль.
Бетси, одетая по крайней последней моде,
в шляпе, где-то парившей над ее головой, как колпачок над лампой, и в сизом платье с косыми резкими полосами на лифе с одной стороны и на юбке с другой стороны, сидела рядом с Анной, прямо держа свой плоский высокий стан и, склонив голову, насмешливою улыбкой встретила Алексея Александровича.
Прежде было знаешь, по крайней мере, что делать: принес правителю дел красную, [Красная — ассигнация в десять рублей.] да и дело
в шляпе, а теперь по беленькой, да еще неделю провозишься, пока догадаешься; черт бы побрал бескорыстие и чиновное благородство!
— Браво! браво! Слушай, Аркадий… вот как должны современные молодые люди выражаться! И как, подумаешь, им не идти за вами! Прежде молодым людям приходилось учиться; не хотелось им прослыть за невежд, так они поневоле трудились. А теперь им стоит сказать: все на свете вздор! — и дело
в шляпе. Молодые люди обрадовались. И в самом деле, прежде они просто были болваны, а теперь они вдруг стали нигилисты.
Вороватым шагом Самгина обогнал какой-то юноша
в шляпе, закрывавшей половину лица его, он шагал по кривым линиям, точно желая, но не решаясь, описать круг около каждой женщины.
Неточные совпадения
Городничий (хватаясь за голову).Ах, боже мой, боже мой! Ступай скорее на улицу, или нет — беги прежде
в комнату, слышь! и принеси оттуда шпагу и новую
шляпу. Ну, Петр Иванович, поедем!
Крестьяне думу думали, // А поп широкой
шляпою //
В лицо себе помахивал // Да на небо глядел.
(На малом
шляпа круглая, // С значком, жилетка красная, // С десятком светлых пуговиц, // Посконные штаны // И лапти: малый смахивал // На дерево, с которого // Кору подпасок крохотный // Всю снизу ободрал, // А выше — ни царапины, //
В вершине не побрезгует // Ворона свить гнездо.)
Уж сумма вся исполнилась, // А щедрота народная // Росла: — Бери, Ермил Ильич, // Отдашь, не пропадет! — // Ермил народу кланялся // На все четыре стороны, //
В палату шел со
шляпою, // Зажавши
в ней казну. // Сдивилися подьячие, // Позеленел Алтынников, // Как он сполна всю тысячу // Им выложил на стол!.. // Не волчий зуб, так лисий хвост, — // Пошли юлить подьячие, // С покупкой поздравлять! // Да не таков Ермил Ильич, // Не молвил слова лишнего. // Копейки не дал им!
Ходил он
в плисовой поддевке и
в поярковом грешневике, [Поя́рковый грешневи́к —
шляпа из овечьей шерсти (ярка — овца)
в форме блина (гречневый блин).] расцвеченном павьими перьями.