Неточные совпадения
— Тетенька Марья Порфирьевна капор сняла, чепчик
надевает… Смотрите! смотрите! вынула румяны… румянится! Сколько они пряников, черносливу, изюму везут… страсть! А завтра дадут нам по пятачку на пряники… И вдруг расщедрятся, да по гривеннику… Они по гривеннику да мать по гривеннику… на торгу пряников, рожков накупим! Смотрите! да, никак, старик Силантий на козлах… еще не умер! Ишь ползут старушенции! Да стегни же ты,
старый хрен, правую-то пристяжную! видишь, совсем не везет!
Тетушки ждали Нехлюдова, просили его заехать, но он телеграфировал, что не может, потому что должен быть в Петербурге к сроку. Когда Катюша узнала это, она решила пойти на станцию, чтобы увидать его. Поезд проходил ночью, в 2 часа. Катюша уложила спать барышень и, подговорив с собою девочку, кухаркину дочь Машку,
надела старые ботинки, накрылась платком, подобралась и побежала на станцию.
— Но, повторяю, это другое дело. Я
надеваю старое рабочее платье и лучшие перчатки из Нью-Йорка. Это напоминает мне, чем я был и чем стал, то есть чем именно я обязан моим старым доспехам. Это — мое прошлое и мое настоящее…
Неточные совпадения
Обули лапти
старые, //
Надели шапки рваные, // Худые армяки — // И тронулась Корёжина!..
К удивлению, бригадир не только не обиделся этими словами, но, напротив того, еще ничего не видя, подарил Аленке вяземский пряник и банку помады. Увидев эти дары, Аленка как будто опешила; кричать — не кричала, а только потихоньку всхлипывала. Тогда бригадир приказал принести свой новый мундир,
надел его и во всей красе показался Аленке. В это же время выбежала в дверь
старая бригадирова экономка и начала Аленку усовещивать.
— Не надо было
надевать шиньона, — отвечала Николаева, давно решившая, что если
старый вдовец, которого она ловила, женится на ней, то свадьба будет самая простая. — Я не люблю этот фаст.
«Там видно будет», сказал себе Степан Аркадьич и, встав,
надел серый халат на голубой шелковой подкладке, закинул кисти узлом и, вдоволь забрав воздуха в свой широкий грудной ящик, привычным бодрым шагом вывернутых ног, так легко носивших его полное тело, подошел к окну, поднял стору и громко позвонил. На звонок тотчас же вошел
старый друг, камердинер Матвей, неся платье, сапоги и телеграмму. Вслед за Матвеем вошел и цирюльник с припасами для бритья.
Щербацкий говорил
старой фрейлине Николаевой, что он намерен
надеть венец на шиньон Кити, чтоб она была счастлива.